Морская библиотека
им. адмирала М. П. Лазарева
Одна из старейших библиотек России.
Основана в 1822 году.
Главная | Новости
Анонс
Морская библиотека им. М.П. Лазарева
Уникальная подборка изданий из коллекционного фонда Морской библиотеки имени адмирала М.П.Лазарева.

Новости

29.03.2014г. -
Верещагин и Севастополь
   29 марта в  Русском центре Морской библиотеки прошел вечер памяти: «Верещагин и Севастополь»,
посвященный 110- летию со дня гибели легендарного художника-баталиста.



   Перед входом в аудиторию Русского центра гостей встретила выставка репродукций картин Василий Верещагина, находящихся в Редком фонде Морской библиотеки.



   Вечер памяти провел журналист Аксентьев Сергей Терентьевич, который изучает жизнь и творчество Василия Верещагина более 15 лет. Для того, чтобы немного познакомить аудиторию с художником, Сергей Терентьевич показал документальный фильм о жизни и творчестве Василия Верещагина.



   В этот вечер, особое внимание рассказчика было акцентировано на Крымский период в творчестве В. Верещагина:
   «…Крымская (Восточная) война застала одиннадцатилетнего Васю Верещагина в стенах Морского кадетского корпуса. В целях укрепления веры в непобедимость русского оружия кадетам вообще-то полагалось о ней знать не многое. "Нам раздали большие листы Синопской победы, - вспоминает Верещагин в одном из писем В.В. Стасову. - По мнению мелюзги-кадет, так тому и следовало быть: Нахимов или кто другой должны разбить турок, так что дальнейшие затруднения кампании, слегка доходившие до наших ушей, были малопонятны. Возможно ли, чтобы какие-то англичане и французы могли побеждать нас, русских?!"
   От таких смутных познаний Севастополь долго казался ему "сказочно-геройским местом, в котором великаны перебрасывались громадными снарядами". Созданная пылким воображением кадета сказка манила, но мечта осуществилась лишь весной 1896 года, когда художник, направляясь по настоянию врачей в крымское имение Жуковского Магарач, посетил Севастополь.


ЧЕРНОЕ МОРЕ. МЫС ФИОЛЕНТ ВБЛИЗИ СЕВАСТОПОЛЯ.

   Зная характер Верещагина, можно с уверенностью сказать, что поездка в Севастополь им была тщательно продумана, поскольку время своё он ценил. Возможно, художник намеревался, основательно изучив на местах бывших сражений Крымскую эпопею, создать цикл картин о героической обороне Севастополя, чтобы снять с себя обвинения в антипатриотичности полотен цикла "1812 год". С нашим городом его зримо и наглядно связывают сегодня три картины. Демонстрируется в Художественном музее им. М.П. Крошицкого, как правило, "Японка" - лучший образец из трёх идентичных полотен, два из которых находятся в музеях России. Знакомясь с художественным наследием Василия Васильевича Верещагина, убеждаешься, что и по сей день многое в его трагической судьбе остаётся нераскрытым. Пример этого - севастопольские этюды, посвящённые героической обороне Севастополя 1854-1855 годов…»
С.Т. АКСЕНТЬЕВ


ЯПОНКА 1905

   Верещагин - художник легендарной судьбы и славы. Для современников - и на родине, и в Европе - он не только выдающийся живописец, но и отчаянный революционер, порывающий с общепринятым в жизни и творчестве. Выдающийся талант и выдающаяся натура - быть может, как натура он даже значительнее и грандиознее, чем как талант. "Верещагин не просто только художник, а нечто большее", - записал Крамской после первого знакомства с его живописью и спустя несколько лет вновь заметил: "Несмотря на интерес его картинных собраний, сам автор во сто раз интереснее и поучительнее".


ПРОГУЛКА НА ЛОДКЕ

   Это был человек эгоцентрического склада, откровенно позволявший себе в словах и поступках не считаться с окружением и обстановкой, неудобный в общении, резкий до надменности, изменчивый в настроениях, непредсказуемый в действиях, "человек экспромтов", как сам однажды себя назвал. Натура нервная, импульсивная, необыкновенно активная и действенная, Верещагин всю жизнь проводит в разъездах. Для него как будто не существует границ: он живет в Петербурге, Ташкенте, Мюнхене, Париже, в конце жизни - в Москве; предпринимает длительные путешествия - на Кавказ и в Туркестан, в Индию и Палестину, по Европе и России, на Филиппины и Кубу, в Америку и Японию. Как офицер, он принимает участие во всех военных действиях, которые ведет русская армия, - в Средней Азии, на Балканах, в Японии. Это человек громадной энергии, несокрушимой воли, незаурядной отваги и мужества, разнообразных умений, "бывалый человек", привычно и уверенно чувствующий себя и за мольбертом, и в седле, и в походной палатке, и во фронтовом окопе.
   Верещагин никогда не писал по заказу, не склонялся на просьбы и увещевания, исходили ли они от властей, от критики или от публики.


ПОРТРЕТ ЦЫГАНА. 1870

   В русском искусстве он стоит особняком. У него нет непосредственных учителей и прямых последователей. Он не связывает себя приверженностью ни к какому художественному объединению, стоит вне партий и кружков, не ищет и не принимает ничьих наград. В 1874 году Верещагин публично отказывается от предложенного ему звания профессора Академии художеств, мотивируя это тем, что считает "все чины и отличия в искусстве,  безусловно, вредными".  Этот поступок получает широкий резонанс: по существу, Верещагин первый из русских художников, кто решается гласно, открыто, демонстративно поставить себя вне традиционных порядков, - делает то, что мы все знаем, думаем и даже, может быть, желаем; но у нас не хватает смелости, характера, а иногда и честности поступить так же", - как прокомментировал его поступок Крамской.
   Верещагин сформировался в 1860-е годы под сильнейшим влиянием просветительской идеологии и позитивистской философии. Отсюда коренные основы его мировоззрения: безусловный материализм, атеизм, глубокий интерес к науке, тяга к положительному знанию, вражда ко всему казенному, вера в образование, цивилизацию и прогресс. В его личности и убеждениях на всю жизнь осталось нечто от нигилиста-шестидесятника - он наделен "живучестью замечательной" (Верещагин любит это базаровское словцо),  доверяет только личному опыту, действует лишь по собственному разумению, враг всех унаследованных и готовых понятий - будь то житейские правила, или святыни казенного самосознания, или старые эстетические нормы. В нем постоянно живет склонность к дерзкой эскападе.


НАПОЛЕОН И МАРШАЛ ЛОРИСТОН. 1900

   В то же время "воспроизведение вещей реальным образом" для Верещагина не самоцель. Это необходимое условие реализма, но недостаточное. Верещагин - один из наиболее убежденных поборников "тенденции" в искусстве. Отсутствие в картине идеи, мысли, морали или недостаточно яркая их выраженность грозит, по его суровому приговору, низвести картину "до фешенебельной мебели": "Каждая моя картина должна что-либо сказать, по крайней мере только для этого я их и пишу".
   По свойствам своей натуры Верещагин в такой же мере неутомимый исследователь, как и суровый проповедник, учитель жизни, едва ли не "судья человечества". В его искусстве парадоксально соединяются две, казалось бы, противоположные тенденции - к документальному воспроизведению конкретного факта и к широкому всеобъемлющему обобщению.
   Имя Верещагина впервые получило громкую известность в 1873-1874 годах, когда он выставил Туркестанскую серию картин, этюдов и рисунков. В 1867 он зачислен на службу в распоряжение туркестанского генерал-губернатора К.П.Кауфмана и командирован во вновь присоединенные к России области Средней Азии. По Туркестану Верещагин путешествует в 1867-1868 и 1869-1870 годах. Выполняя служебное задание, он делает множество рисунков и живописных этюдов с натуры, ведет подробный путевой дневник, собирает этнографические и зоологические коллекции и даже занимается археологическими раскопками. В июне 1868 года в составе небольшого русского гарнизона Верещагин принимает участие в обороне Самаркандской крепости от войск бухарского эмира, за что награжден орденом Св.Георгия 4-й степени, который присуждался за особые боевые заслуги. Это была единственная принятая художником награда. Вернувшись из Туркестана, Верещагин в 1871 году поселяется в Мюнхене, где на основе этюдов и привезенных коллекций продолжает работать над туркестанскими сюжетами. В окончательном виде Туркестанская серия включала в себя тринадцать картин, восемьдесят один этюд и сто тридцать три рисунка - в таком составе она была показана на первой персональной выставке Верещагина в Лондоне в 1873 году, а затем в 1874 в Петербурге и Москве.


САМАРКАНД. МЕДРЕСС ШИР-ДОР НА ПЛОЩАДИ РЕГИСТАН

   Туркестанская серия произвела на современников ошеломляющее впечатление. То, что показал Верещагин, было ново, оригинально, неожиданно: это был целый неведомый мир, представленный замечательно ярко в своей правде и характерности. Изумляли краски и новизна письма, техника, не похожая на технику русских современников, казавшаяся необъяснимой у молодого художника-любителя, всего лишь несколько лет всерьез занимавшегося живописью. Многим из художников (в их числе Перову, Чистякову, поначалу Репину) Туркестанская серия казалась инородной и даже чужеродной в русском искусстве, "цветными заплатками" на его строгих одеждах, но преобладающим стало мнение, выраженное Крамским: Туркестанская серия - блестящий успех новой русской школы, ее безусловное достижение, "высоко поднимающее дух русского человека", заставляющее сердце биться "гордостью, что Верещагин русский, вполне русский".
   Не дождавшись закрытия выставки в Петербурге и окончания переговоров о покупке Туркестанской серии, художник в апреле 1874 года покинул Россию и отправился в Индию.
  
Индийское путешествие длилось два года. Верещагин живет в Бомбее, Агре, Дели, Джайпуре, в конце 1874 года предпринимает трехмесячное путешествие в Восточные Гималаи, в горное княжество Сикким, и сразу же по возвращении, в апреле 1875, новое продолжительное и трудное путешествие в области, пограничные с Тибетом,  Кашмир и Ладак. Он работает с азартом и одержимостью, не боясь опасностей и риска. Путешествие в Сикким имело целью восхождение на высочайшие вершины Гималаев. Предпринятое вопреки предостережениям в зимние месяцы, путешествие это едва не стоило Верещагину жизни: он чуть не замерз, покинутый проводниками, на высоте 14 000 футов, но даже в этот бедственный момент его, опухшего от мороза, измученного страшными головными болями, не оставляет жгучее желание наблюдать и фиксировать открывающиеся ему поразительные красочные гармонии. В Индии создано около ста пятидесяти этюдов. Верещагин покорен оригинальностью и высотой ее культуры (в дальнейшем он увидит подобное только в Японии), той "выработанностью во всем", которую он находит и в архитектуре храмов, и в древней настенной живописи, и в ритуальном танце и пантомиме, и в современном костюме и бытовой утвари. После туркестанских ландшафтов с их сухостью и неизменной, ровной солнечностью Индия кажется экзотически яркой, роскошной.


ДВЕРИ ХАНА ТАМЕРЛАНА. 1875

   "Балканская серия" создавалась в Париже в 1878-1879 годах (отдельные полотна написаны позднее) на основе этюдов и коллекции подлинных предметов, привезенных из Болгарии. В ходе работы Верещагин дважды приезжал на места военных действий, на Шипку и в окрестности Плевны. По возвращении в Париж он сначала думал вновь приняться за "индийские поэмы", но переход от впечатлений войны к воспоминаниям об Индии был слишком крутым и болезненным, и уже в конце 1878 года он полностью переключается на балканские сюжеты. За два года написано несколько десятков холстов. Верещагин работает с еще большей, чем всегда, одержимостью, в состоянии непроходящего нервного напряжения, не давая себе передышки, почти не отлучаясь из мастерской и никого не допуская в нее. В "Балканскую серию" входит около тридцати картин. Она состоит из отдельных групп произведений, своего рода подсерий, "коротеньких поэм", как назвал бы их художник, относящихся к основным эпизодам войны. Несколько полотен посвящено трагическому третьему штурму Плевны: "Александр II под Плевной 30 августа 1877 года", "Перед атакой. Под Плевной", "Атака" (не окончена), "После атаки. Перевязочный пункт под Плевной", "Турецкий лазарет". Два полотна - "Победители" и "Побежденные. Панихида" - навеяны кровопролитными боями под Телишем. Десять картин отражают зимний период войны, завершившийся победой на Шипке; самыми популярными из этих полотен являются "Шипка-Шейново. Скобелев под Шипкой" и триптих "На Шипке все спокойно".
   "Балканская серия - кульминация творчества Верещагина. Показанная вместе с Индийской серией впервые в Лондоне и Париже в 1879 году, а затем демонстрировавшаяся (в менявшемся составе и в окружении новых работ) на протяжении 1881-1891 годов во многих городах Европы и Америки, она вновь вызвала огромный интерес к художнику во всем мире. В России серия экспонировалась дважды: в 1880 году в Петербурге и в 1883 - в Москве и Петербурге (с добавлением трех капитальных "плевненских" картин, законченных в 1881 году).
   С середины 1880-х годов Верещагин остро чувствует потребность работать на родине, чаще приезжает в Россию. Особенное значение для него имеет поездка в 1888 году в Москву, Ярославль, Ростов, Кострому. Он глубоко увлечен миром национальной старины, погружен в изучение древнерусского зодчества, приступает к собиранию отечественных древностей и в течение короткого времени создает коллекцию, выдающуюся по художественному и историческому интересу. Неожиданно для современников в середине 1880-х годов он деятельно включается в архитектурную жизнь Москвы: предлагает проект фасада новых Торговых рядов на Красной площади, критически высказывается по поводу проектируемого памятника Александру II в Кремле, пишет воззвание к архитекторам, призывая их изучать старинное русское зодчество и всячески подражать ему в своих постройках.


ПОБЕЖДЕННЫЕ. ПАНИХИДА ПО ПАВШИМ ВОИНАМ.

   В 1891 году Верещагин поселяется в Москве, строит на окраине города в Нижних Котлах по собственному проекту дом-мастерскую в виде русской избы. В начале 1890-х он посещает родные места - едет в Вологду и ее окрестности; летом 1894 года предпринимает с семьей путешествие на барке по Северной Двине, на Белое море и Соловки. Итогом поездки стали более полусотни живописных этюдов и два литературных сочинения, одно из которых - "Иллюстрированные автобиографии нескольких незамечательных русских людей". Это оригинальное создание Верещагина, существующее как бы в двух изводах - живописном и литературном. Верещагин сливает воедино создание портрета и беседу с тем, кого он запечатлевает на полотне: портрет и рассказ-автобиография" портретируемого складываются в нераздельное целое, словно доказывая возможность синтезирования живописи и литературы.
   Русско-японская война застала Верещагина за работой над начатыми картинами; он все оставил и устремился на Дальний Восток, чтобы снова участвовать в боях и поведать о них в своих произведениях. Однако уже 31 марта 1904 г. Верещагин вместе с адмиралом С.О. Макаровым погиб на броненосце "Петропавловск", взорванном вражеской миной на рейде Порт-Артура.

Материал подготовлен   А. Гусар


© 2009. Все права защищены.
299001, г.Севастополь,
проспект Нахимова 7
8 (8692) 54-33-15
8 (8692) 54-37-58
О библиотеке   |   Отделы   |   Ресурсы   |   Услуги   |   Друзья   |   Партнеры   |   Контакты